Политика
16.11.22
3013

Назад в СССР: чем опасна национализация и какие уроки нужно извлечь из советского прошлого

None фото: Фото: pixabay

После развала СССР прошло больше 30 лет, но любителей поностальгировать по советскому прошлому все еще немало. Некоторые из них даже призывают использовать былой опыт в сегодняшнем, Новом Казахстане. В частности, то и дело звучат лозунги о необходимости национализации крупных предприятий и банков. Давайте вспомним, к чему в итоге привело централизованное управление в СССР, и поразмышляем над тем, чем это чревато для Казахстана.

С чего все начиналось

Советская экономика переживала разные периоды – были в ней и взлеты, и падения, и смены курсов. Все зависело от условий и правителей, которые приходили к власти, каждый со своими идеями и видением. Одним из самых важных этапов можно считать первые 10 лет с момента революции, которые во многом определили судьбу экономики на многие годы вперед. А началось все с того, что в 1917 году была упразднена частная собственность на землю. Национализация затронула недра, воды и леса. Цель тогда тоже была объявлена благородная – все в интересах трудящихся и эксплуатируемых масс села. Так, крестьяне получили в безвозмездное пользование 150 млн гектаров земли. При этом эти земли у помещиков попросту отбирали без выкупа.

Разобравшись с почвой, государство взялось за банки. Уже спустя пару месяцев все они были национализированы. Капиталы частников были полностью и безвозмездно переданы в Государственный банк, на основе чего был создан Единый народный банк РСФСР. Теперь у государства появился мощный рычаг влияния на развитие промышленности, транспорта и других отраслей экономики, а значит пришло время для национализации и этого сектора тоже.

К 1920 году государство завладело (национализация была проведена в простейшей форме — форме конфискации без возмещения) уже 38 тысячами предприятий с числом рабочих около 2 млн человек, т.е. свыше 70% всех занятых в промышленности. Однако результат оказался плачевным - политика большевиков по централизации промышленности привела к экономическому упадку. Хотя бы потому, что управление промышленностью требует определенных знаний, компетенции, причем особых знаний по каждой отрасли. Объемы производства упали в десятки раз, торговые обороты стремительно снижались, падала производительность труда. У народа не было мотивации заниматься производством в условиях «принудиловки», без привычной и понятной системы вознаграждения за труды. Потому что «все работали по одному общему плану, на общей земле, на общих фабриках и заводах и по общему распорядку». Рабочих рук не хватало, в стране вспыхнул голод.

От военного коммунизма к НЭП и обратно

В начале 1921 года был объявлен переход к новой экономической политике (НЭПу). Этот период стал одним из самых успешных периодов в жизни СССР, который вывел страну из послевоенной экономической разрухи. А все потому, что людям вернули возможность вести частный бизнес и не отдавать все государству. Следующие 10 лет запомнились расцветом частной торговли.

«История доказывает, что, когда дается частная инициатива, экономика растет. В СССР после 1921 года за очень короткий срок, по крайней мере в сельскохозяйственной сфере и в легкой промышленности, были большие успехи. Такого роста практически не было в предыдущий период», - отмечает директор Института истории государства Абиль Еркин.

Но в 1931 году лавочку прикрыли – предпринимательство запретили юридически.

На смену НЭП пришла коллективизация и массовые репрессии. Имущество «кулаков» отбирали, их самих отправляли в ссылку, а родственники «нэпманов» подвергались судебным преследованиям. Теперь в стране был один предприниматель - государство, а на полках было сплошное единообразие – и в товарах, и в ценах на эти товары. Дефицит привел к тому, что начала процветать теневая торговля, а у спекулянтов было много работы до самого развала Союза.

Есть мнение, что тотальная национализация, переход на рельсы мобилизационной экономики, применение рабского труда многомиллионной армии заключенных позволили СССР провести в краткие сроки индустриализацию и победить в Великой Отечественной войне. Но как бы там ни было, в итоге советская модель экономики оказалась неэффективной и исчерпала себя уже к 70-м, перестав справляться с потребностями общества. Низкий уровень жизни населения, централизованная система управления и бюрократизм, многолетнее пресечение экономической инициативы – все это в итоге не могло не привести к краху, уверены ученые. Однако шансы исправить ситуацию все-таки были.

«Эффективность труда вырастает в конце 60-70-х годов с введением хозрасчета. Когда на отдельных предприятиях вводились нормы оплаты труда, связанные с результатами напрямую. Это положительно сказывалось на развитии экономики. Но я так понимаю, советская власть сама испугалась своего эксперимента и свернула его, ведь это были фактически элементы капитализма», - размышляет Абиль Еркин.

По его словам, когда собственником становится государство, это неизбежно приводит к низкой эффективности.

«Опыт показал, что государство в целом не является хорошим менеджером. Причины могут быть разные. Первое - у госуправленца нет заинтересованности в результатах труда, как следствие, мотивации нет и у самого работника. Национализация - это обезличивание труда, как такового, а человек должен чувствовать результат. Государственный труд развращает», - считает эксперт.

Советская эпоха показала это как нельзя лучше.

«Так называемые «несуны» - это же советская болезнь, когда водители сливают бензин, уносят запчасти, во время уборки урожая пытаются продать зерно «налево». Когда человек понимает, что государство все равно покроет убытки, и предприятие из-за этих убытков не закроется, так как оно государственное, то он перестает относиться к своей работе, как к чему-то, от чего зависит его уровень жизни. Тем более, если знает, что воруют и директор, и главный инженер, а у них такое же отношение», - рассуждает историк.

К тому же, по его словам, там, где государство напрямую управляет экономикой – всегда есть риск коррупции. И это еще один урок, который нужно усвоить.

Правда, все же есть отдельные сферы, где госуправление в той или иной форме оправданно.

«Думаю, это допустимо, когда речь идет о каких-то стратегических направлениях. Но есть сферы деятельности, в которые государство не должно вмешиваться, это, к примеру, производство предметов широкого потребления или производство продуктов. Там рынок итак прекрасно работает», - утверждает Абиль Еркин.

Такого же мнения придерживается и председатель ОО «Союз женщин предпринимателей Казахстана» Меруерт Казбекова.

«В СССР был совершенно другой строй, все принадлежало государству, земля - крестьянам, заводы – рабочим. Но не было конкуренции, и государство - все-таки относительно плохой менеджер, нужно было сбрасывать его роль в каких-то отраслях – в малом и среднем бизнесе, в сфере услуг и торговли. Это все должно было быть в руках у частников», - считает она.

Красивые цифры и «дефицитная» реальность

По словам директора Института истории государства, сегодня по СССР ностальгируют 2 категории людей: те, кто при Советах был частью системы распределения и имел доступ к распределению благ, но не смогли приспособиться к сегодняшним реалиям, и молодежь, которая при Союзе не жила, но наслушалась красивых историй от первых. Образ СССР у них во многом идеализированный, считает Абиль Еркин.

«Был гарантирован некий средний уровень жизни, даже чуть ниже среднего, по сравнению с теми возможностями, которые были у СССР, а мы же понимаем, какие там были возможности», - отмечает эксперт.

В СССР очень любили красивые цифры, которые на деле расходились с реальностью. Для выполнения плана предприятия специально могли завышать объем произведенной продукции, а многие показатели попросту не учитывали все особенности и проблемы отдельного производства. Конечно, такой подход в итоге сказывался на качестве выпускаемых товаров.

«Люди задавались вопросом, почему у нас все такое корявое, а импортное - такое хорошее? Мы же гонялись за импортными джинсами, кроссовками. А потому что централизованная плановая государственная экономика была абсолютно неэффективна. Процессы от утверждения плана до технических карт и фасонов были очень длительными, затяжными, бюрократическими. Советская легкая промышленность очень отставала в развитии как раз из-за бюрократии. Соответственно, то, что она производила - было немодно, некрасиво, из плохих тканей. Настал момент, когда советскому гражданину уже мало было просто что-то надеть и обуть, ему стало мало ватника и кирзовых сапог, он хотел красиво одеваться и жить лучше», - вспоминает историк.

«Но экономика так и не перестроилась, и не смогла этого дать людям. Нужно было просто разрешить личную инициативу, потому что так быстро, как частный собственник реагирует на запросы, появление новых технологий, то же изменение моды, государство так не реагирует. Частники в любой момент могут быстро перестроиться, в отличие от больших госпредприятий», - говорит Абиль Еркин.

Не было качественной системы стимулирования труда, производительность падала, росла трудовая апатия – громкие лозунги уже не действовали на людей.

«Из этого можно сделать вывод, что национализация ничего не дает народу, она дает бонусы только государству. Государство – это аппарат управления. Сам по себе народ никогда ничего не получал и не получит. Госменеджмент всегда хуже, чем менеджмент частный. Даже самый плохой частный менеджмент лучше государственного, потому что чиновник не заинтересован в результатах труда», - заключает эксперт.

Даже если внешне экономика СССР и развивалась, в какие-то моменты даже очень успешно, но внутри рос ком системных проблем, которые привели к негативным последствиям в будущем. В итоге из-за элементарной экономической бесхозяйственности Советский Союз и развалился.